Ирландия (Ireland)—второй по величине из Британских о-вов, площадь 82.500 км г. Расположен в Атлантическом океане к 3 . от Великобритании, от к-рой отделен Северным каналом, Ирландским морем и Юж. каналом. По акту об управлении Ирландией 1920, англо-ирландскому договору 1921 и акту об Ирландском Свободном Государстве 1922 о-в Ирландия в политическом отношении разделен на две части:
Ирландское Свободное Государство со статусом политич. самоуправления доминиона (см.) и
Северную Ирландию (Олстер), в государственном отношении непосредственно объединенную с Великобританией и хотя и имеющую собственный местный парламент, но представленную также и в англ. парламенте (в к-рый Ирландское Свободное Государство, как и вообще доминионы, не посылают депутатов).
Ирландия. Исторический очерк
Физиио-геаграфический очерк
Отложения, достигающие часто значительной толщины и покрытые впоследствии более новыми образованиями. Для моренного ландшафта Ирландии очень характерны невысокие, резко очерченные и сильно вытянутые в длину гряды из песка и гравия—так наз. (по-местному—Eskers). Отделение Ирландии от о-ва Великобритании произошло после ледникового времени. На очертании берегов Ирландии сказывается, с одной стороны, характер горных пород, с другой—недавнее опускание берегов, имевшее место в ледниковое и послеледниковое время.
Благодаря последнему обстоятельству море проникло в пониженные участки побережья и образовало бухты. На месте погруженных долин на западном и северном побережьях—бухты обычно фиордового типа. Южные и восточные берега — преимущественно триасового типа. Наибольшей расчлененностью отличаются лишь торфом. Несмотря на обширные площади, занятые каменноугольными отложениями, Ирландия бедна каменным углем, т. к. продуктивные толщи были почти повсюду снесены эрозиой; железо добывается близ Гленариффа на плоскогорьи Антрим. Здесь же у Баллинтой встречаются залежи боксита.
Нар. Бойн имеется медь, а в графствах Типперери и Центр. Уиклоу—свинец и цинк. Следы золота найдены в вост. части графства Лондондерри и Донегол. На границе 18 и 19 вв. золото добывалось правительством в графстве Уиклоу промыванием речного гравия, но добыча была вскоре оставлена вследствие недостаточной рентабельности. На берегу залива Бельфас ту Каррикферге с имеются в триасовых отложениях залежи каменной соли. Ирландия очень богата рекам и и озерами. Вследствие небольших размеров самого острова крупных рек здесь нет. Все они отличаются медленным течением, обилием озер, входящих в их систему, питаются дождевыми водами. Реки, протекающие по центральной равнине, имеют невысокие, часто едва заметные водоразделы.
Самая больша я река Шаннон (350 км) представляет ряд озер, соединенных друг с другом протоками. Другие реки значительно короче. Таковы:
- Барроу ,
- Шур,
- Слейни,
- Лиффи и
- Бойн,
протекающие по вост. части острова. Озера многочисленны как в центральной равнине, так и в горах, особенно в зап. части. Большая часть озер ледникового происхождения, но имеются также карстовые и тектонические. К последним относится самое крупное озеро страны—Лок-Ней (396 км 2). Далекое проникновение приливов, незначительное падение, постоянный высокий уровень воды делают реки Ирландии удобными для судоходства. Благодаря этому, а также значительному количеству каналов внутренние области Ирландии доступны с моря.
Растительность.
В ботанико-географическом отношении Ирландия (согласноЭнглеру) входит в Атлантическую провинцию среднеевропейской лесной области. Но уже в Ср. века остров был так беден лесом, что во многих местах обручи для бочек изготовлялись из китового уса. В наст, время лес занимает не более 1,3% всей площади и сохранился лучше всего в горах Уиклоу. Характер ландшафта определяется теперь лугами, зелеными почти круглый год (откуда распространенное название «зеленый остров»), и бурыми торфяниками. Последние занимают седьмую часть всей страны и особенно обильны на центральной равнине (гл. обр. в ее зап. части). Мощность торфа достигает н-10 м.
На хорошо дренированных торфяных болотах, а также па склонах возвышенностей большое распространение получают верещатники—сообщество растений из полукустарников, преимущественно различных представителей сем. вересковых (брусника, черника, вереск и др.), а также злаков, мхов и лишайников. По своему составу флора Ирландии сходна с зап.- европейской, но многие формы, распространившиеся в Европе после отделения Британских о-вов, здесь отсутствуют. Нужно отметить богатство Ирландии вересковыми по сравнению с Великобританией и Средней Европой. Очень богата Ирландия также мхами (до 800 видов), особенно югозап. ее часть.
Флора Ирландии представляет большой интерес потому, что здесь сохранились, с одной стороны, такие виды, к-рые рассматриваются как реликты доледниковой флоры, с другой— многие представители аркто -альпийской растительности. Последние приурочены преимущественно к горам, хотя нек-рые из них спускаются до самого берега моря и здесь растут рядом с представителями южного типа. Прохладное лето, а также большое количество осадков являются значительным препятствием для земледелия. Лучше других переносят климатические условия Ирландии
- картофель,
- лен,
- овес и
- ячмень.
Первые два разводятся гл. обр. в сев. части острова, последние—в наиболее солнечной юго-восточной. Пшеница и бобовые в Ирландии удаются плохо. Животный мир Ирландии имеет большое сходство с европейским, отличаясь от него лишь сравнительной бедностью во всех группах животных и даже полным отсутствием нек-рых из них (например змей). Многие животные в Ирландии давно у же истреблены: так, здесь исчезли совершенно крупные хищники, напр . волки. В пещерах и торфяниках находят многочисленные остатки плейстоценовой фауны млекопитающих, напр. мамонта, ирландского исполинского оленя (Меgaceros hibernicus) и др.
В омывающих Ирландию морях водятся многие виды рыб, служащих предметом промысла. В первую очередь надо назвать сельдь, стаи к-рой подходят к берегам острова по преимуществу с сентября по декабрь. У южных берегов водится макрель—глубоководная рыба, поднимающаяся в верхние слои воды лишь во время метания икры—с марта по июнь. У сев. берегов острова в большом количестве встречается лосось, заходящий весной во время нереста далеко в устья рек, чтобы отложить икру в пресную воду.
Ранняя история и Средневековье (до 1800).
О древнейших обитателях Ирландии известно очень мало, хотя памятники подтверждают присутствие человека на острове Ирландия в эпоху неолита. Есть предположение, что древнейшими обитателями Ирландии были иберы, народ семитского происхождения, родственный аборигенам Испании и следовавший культ у Бэла и Астарты. Появление кельтов в Ирландии относят лишь к 4 в. до хр. э.; первыми завоевателями Ирландии были гойделы, принесшие с собой друидические верования; за ними последовали белги, бритты и пикты, к-рые утвердились между 300 и 150 до хр. э. на Британских о-вах, в том числе и в Ирландии.
Птолемей называет 16 племен ирландских кельтов, в том числе западных обитателей Ирландии — Iverni, по имени которых весь остров получает название Hibernia ; наиболее близкое к этому ирландское Erin, Hérin осталось наименованием острова и по сей день. Во главе отдельных племен стояли короли, носившие титул риагов. Те из них, к-рые возвышались над другими и получали дань от подвластных племен, носили титул верховных королей, или ардриагов. Легенды сохранили воспоминание о династии Тара, возвышавшейся над другими; ее верховную власть признавали риаги Мюнстсра, Коннаута, Айлека, Ориеля, Улидии, Миди, Лейнстера и Оссори.
К середине 8 в. хр. э. титул ардриага сохраняли владетели Мита. Ирландия была пожалуй единственной областью в Зап. Европе, стоявшей вне римского влияния; римское владычество никогда не распространялось на Ирландию. Здесь поэтому сохранились в наиболее чистом виде религия кельтов и обычаи, отражавшие родовой строй племен, населявших Ирландию. Эти обычаи записаны в т. н. «Великой книге», или Сенхус Мор, и книге Анцилля; последние главы называются законами брегонов по имени судей— брегонов, прилагавших обычаи к жизни. Законы брегонов не знают частной собственности на землю, которая считается принадлежащей всему клану или роду. Кланы отвечали за проступки своих членов; наказанием служил штраф («эрик»), соответствующий германскому вергелъду (см.).
Первая редакция законов брегонов относится к 5 в. хр. э., ко времени распространения в Ирландии христианства; законы брегонов передавались путем устного предания и были записаны в 7 в. хр. э., когда родовой строй кельтских племен начал разлагаться под влиянием процессов феодализации и воздействия христианской церкви. Земля племени, во главе которого стоял риаг, делилась на септы, большие участки, принадлежавшие клану. Законы брегонов предусматривали переделы земли в масштабе участков кланов. «Ирландский род (sept, племя называлос ь clainne , clan) удостоверен и описан не только в древних сборниках законов, но и английскими юристами 17 столетия… Земля вплоть до этого времени являлась общей собственностью клана или рода, поскольку она не была уже превращена вождями в свое частное владение.
Когда умирал какой-нибудь член рода, следовательно прекращалось хозяйство, старейшина предпринимал передел всей земли между остальными хозяйствами» (Энгельс, Происхождение семьи, частной собственности и государства, М., 1931, стр. 118— 119). Наряду с участками кланов, подвергавшимися переделу, уже к 10 в. выделилась собственность короля (риага) и его рода, а также участки, захваченные ближайшими к королю дружинниками. На этих землях, представлявших как бы ячейки будущего феодального общества, жило население, состоявшее из рабов, изгоев (отщепенцев других кланов), людей, зависимых от землевладельца и пользовавшихся его защитой.
Христианство
Эти люди носили название фундиров, соответствовавших рабам в древнеГерм. об-ве. Однако вплоть до англо — норманского завоевания частная собственность на землю была исключением в системе родового строя, и ирландские аграрные порядки казались анархией образованным англичанам еще в 10 веке. Христианство распространяется в Ирландии сравнительно рано; легенда приписывает его распространение св. Патрику в начало 5 века х р . э., принесшему христианство из Шотландии. В 5—6 вв., когда в Британии после ухода римских легионов наступил период кельтского возрождения, Ирландия осталась центром христианства, причем ирландская церковь выросла в значительной степени независимой от папства.
Управление ирландской церковью приняло своеобразные формы: глава религиозной ячейки—коарб—сосредоточивал в своих руках духовную власть как епископ или священник и светскую власть как глава клана. Земельная собственность не переходила к церковной ячейке, а попрежнему оставалась в руках всей общины. Ирландские священники не соблюдали целибата (см.); встречались даже женатые епископы, в роду к-рых епископская власть была наследственной. Подобно Британии Ирландия в 8 в. и в особенности в 9—11 вв. подвергалась многочисленным набегам со стороны норманнов, основавших укрепленные пункты на восточном берегу страны, в том числе современную столицу Ирландии Дублин (см.). Норманским викингам не удалось создать в Ирландии своего государства, хотя вожди норманских дружин , осевших в Ирландии, не признавали над собою властей ирландского ардриага.
Ирландские летописи сохранили воспоминание о кровопролитном сражении при Клонтарфе близ Дублина в 1014, где ирландскому риагу Мюнстерской династии Брайену Бороиме, объединившему все ирландские племена и узурпировавшему власть у законного ардриага, удилось разбить норманнов, объединившихся под предводительством Сигтригга, владетеля Оркнейских островов. На этом планы норманнов о создании в Ирландии единого норманского государства наподобие монархии Канута Великого (см.) в Дании и Англии постигла окончательная неудача.
Подчинить ирландскую церковь папской
Хотя поселения норманнов на восточном берегу Ирландии сохранились, они не сыграли в истории Ирландии той значительной роли, которую они имели например в Восточной Англии (область Денло), поскольку Ирландия была страной свободных земледельцев, объединенных в кланы и не знавших над собой феодальных сеньеров-лордов. После победы Брайена Бороиме над норманнами и вплоть до англо-норманского завоевания во второй половине 12 в. в Ирландия не было единой королевской власти, но не было повидимому и новых серьезных попыток покорения страны извне. В 1153 папа Адриан IV своей буллой уполномочивает английского короля Генриха II Анжуйского совершить завоевание Ирландии с тем, чтобы подчинить ирландскую церковь папской власти и заставить Ирландию уплачивать налоги папскому престолу (динарий св. Петра).
Инициатива покорения Ирландии исходила, однако не от папы; англо-норманские феодалы с Генрихом II во главе искали возможности приобрести земли и пограбить под предлогом крестового похода не только далеко за морями в Леванте, но и близко от Англии—на соседнем острове. Генрих II вмешался в междоусобную борьбу ирландских риагов, привлек на свою сторону изгнанного из Ирландии риага Лейнстера Дермота и направил в Ирландию в 1169 отряд своих вассалов под предводительством графа Пемброка, прозванного Стронгбоу. Первые победы англо-норманского отряда дались сравнительно легко; к 1172, когда в Ирландии появился сам Генрих II с войском, укрепленные пункты вост. побережья, в том числе Уотерфорд и Дублин, были в руках англо-норманских завоевателей.
Однако проникнуть далеко в глубь страны им не удалось; английское влияние не выходило за пределы области по линии от устья реки Бойн до устья Шаннона и сосредоточивалось в основном на узкой полосе восточной и юго-вост. Ирландия, получившей название Поля (от англ. pale— полоса, ограда, черта). Генрих II потребовал и добился подчинения большей части соседних ирландских вождей, к-рые признали его сюзереном; в свою очередь англо-норманские короли стали рассматривать вождей кланов в качестве феодальных владельцев тех земель, которые по ирландскому праву принадлежали кланам. В царствование Генрих а II и в последовавшие затем первые десятилетия 13 в. борьба между англо-норманскими завоевателями и ирландскими племенами продолжается; при Ричарде Львиное Сердце и Иоанне Безземельном (см.) ирландскому ардриагу Каталю О’Коннору удается объединить ирландские племена против завоевателей, но появление английского короля Иоанна с новым значительным войском убедило ирландцев в невозможности сопротивления; сказывалось решительное превосходство рыцарского вооружения и военного строя англо-норманнов над нестройными ряда ми плохо вооруженных ирландцев.
В 13 в. на область Пеля распространяется система английского управления; номинально Мюнстер, Лейнстер и Коннаут разделяются на двенадцать графств с введением системы сотенных судов и апелляционного суда в Дублине (первое упоминание суда Дублинского графства относится еще к 1194). В 1217 Генрих III распространяет на Ирландию действие Великой хартии вольностей (см.), причем последняя относится только к англичанам в Ирландии, но не к ирландцам и обирландившимся англичанам, к-рых к этому времени было немало. Захваченная англичанами территория была наиболее развитой в экономическом отношении: здесь находились важнейшие городскио торговые центры—Дублин и Уотерфорд, Корк и Лимерик. Короли Анжуйской династии пожаловали этим городам хартии наподобие английских, что свидетельствовало о росте их значения как центров обмена.
В городах преобладало уже в конце 13 в. англ. влияние; важнейшими предметами обмена были зерно, лес, кожа, в меньшей степени—шерсть и сукно. Главным источником богатства был скот; денежное обращение развивалось медленно. Следующим важным этапом в англо-ирландской борьбе была экспедиция в Ирландию шотландского войска под предводительством Эдуарда Брюса, брата Роберта Брюса, ведшего в это время войну с Англией; в 1315 Брюс одержал ряд побед над английскими защитниками Пеля; с помощью ирландских вождей англичане были вытеснены из с.-в. части Ирландии —Олстера; в битве в Конноре шотландские и ирландские войска одержали решительную победу над англичанами и продвинулись дальше, сжигая на своем пути английские замки и города. В 1316—18 из Олстера шотландцы и их ирландские союзники совершали ряд походов на Пель и в конце 1316 и начале 1317 пытались под предводительством Роберта Брюса взять Дублин, угрожая тем самым окончательно устранить английское владычество в Ирландии, но потерпели неудачу.
Отправленное в Ирландию английское войско под начальством Джона де Бермингема при поддержке зависимых от англичан ирландцев Пеля разбило войска Брюса в битве при Фогарте (1318); сам Эдуард Брюс был убит, а его брат Роберт еще раньше вернулся в Шотландию. Однако шотландское нашествие не прошло даром; английское влияние на острове, в особенности на С.-В. Ирландии, было подорвано, и вожди ирландских племен отказывались признавать верховную власть англичан. 14 в. и большая часть 15 в. являются временем постепенного ослабления английского господства и укрепления ирландской самостоятельности. Ирландские летописи сохранили предание о том, как влиятельные англо-ирландские роды Кланрикард, Майо и Джеральдины в этот период торжественно отказываются от своих английских титулов ради укрепления положения вождей ирландских кланов.
Килькеннийский статут
Показателем растущего влияния ирландской культуры и ирландского прав а в этот период является изданный Эдуардом III для Ирландии Килысеннийский статут (1366), к-рый предусматривал запрещение всякого общения англичан и ирландцев, браков между ними, торговли с ирландцами, назначения ирландцев на церковные должности — все в пределах Пеля. Килькеннийский статут особо оговаривает распространение на область Пеля общего английского права (common law) и воспрещение пользоваться бретонскими законами, к-рые, как гласит статут, «неследовало бы называть законом, ибо это лишь плохой обычай». Между тем ирландские вожди не только отказывались подчиниться английскому влиянию, но взимали даже дань с населения Пеля; в царствование Эдуарда III, за несколько лет перед изданием Килькеннийского статута, ирландцы нанесли англ. армии под предводительством сына короля Лайонеля решительное поражение.
В царствование Ричарда II в Ирландии были снаряжены две значительных военных экспедиции под начальством самого короля—в 1394 и 1399; но хотя Ричарду II удавалось добиться номинального подчинения ирландских вождей, фактически ирландцы оставались хозяевами большей части страны, как о том свидетельствует пример Мак Мёрро Каванага, ирландского короля (риага) Лейнстера, правившего 42 года (1375—1417) и проведшего все свое правление в борьбе с англичанами. Килькеннийский статут не помешал, однако, дальнейшему ослаблению английского владычества, в особенности во второй половине 15в., во время междоусобной войны англ. феодалов, известной под названием войны Алой и Белой розы (см.). Ирландские войска принимают участие в борьбе на стороне Йоркской династии (см.), с к-рой были связаны землевладельцы из числа англо-ирландских аристократов (т. е. обирландившихся английских феодалов). Ирландцы и иоркисты терпят поражение при Уекфильде (1460). Отголоском английских событий является отчасти восстание Перкина Уорбека, с трудом подавленное первым королем из династии Тюдоров Генрихом VII.
Это восстание было поддержано частью англо-ирландской аристократии. После подавления восстания Генрих VII начал восстанавливать английское влияние в Ирландии; в 1492 в Ирландии назначается наместником сэр Эдуард Пойнингс, по имени к-рого называют проведенный в 1494 закон, на несколько столетий регулирующий управление Ирландии. Феодальные парламенты собираются в полосе Пеля, вначале под видом совещаний наместника или самого короля с баронами, повидимому с конца 13 в. (первым парламентом Ирландии принято считать парламент 1295). По закону Пойнингса права ирландского парламента существенно ограничены: ирландский парламент вправе обсуждать лишь те вопросы, к-рые подлежали предварительному утверждению королевского тайного совета в Лондоне.
Морская база для Англии
Этот закон преследовал прежде всего задачу политической централизации; с его проведением наместника и парламента Ирландии в роли верхушки англо-ирландской аристократии оказываются в полном подчинении у англ. правительства. Другой закон Пойнингса распространял на Ирландию все законы, принятые парламентом в Англии. Окончательное закрепление ирландского завоевания осуществляется, однако не столько при помощи законодательных мероприятий, сколько посредством новых военных экспедиций 16 и 17 вв. 16 век характеризуется рядом восстаний против власти Англии, тем более важных для последней, что с 16 в. Англия ведет борьбу против Испании, а в 17 в. против Голландии и затем Франции (17—18 вв.) за преобладание на море. Ирландия по своему географическому положению начинает играть роль первостепенной морской базы для Англии и ее противников.
Со времени великих открытий не только Англия, но и Ирландия оказываются на важнейшем торговом пути из Европы в Новый Свет, из Европы в Индию; недаром внимание к Ирландии проявляют первостепенные дипломаты 16 п., как напр. кардинал Мендоза, испанский посол при дворе Елизаветы Тюдор. Первое восстание при Генрихе VIII возглавляли крупные англо-ирландские аристократы—род Джеральдинов, или Фицджеральдов, один из которых занимал даже пост наместника. Ко времени восстания 1535—36 полоса англ. оккупации достигала едва двадцати миль.
В отчете, посланном через архивариуса Джона Алена королю Генриху VIII, Дублинский тайный совет, представлявший интересы англ. землевладельцев и купцов в Ирландии, обращается с жалобами на наместника, допустившего ослабление английского влияния, бегство англ. поселенцев и захват их территории ирландскими и обирландившимися родами. Вызов наместника графа Фицджеральда Кильдера к ответу в Лондоне ускорил восстание под руководством оставшегося в Ирландии его сына. Восставшим удается захватить даже Дублин, хотя Дублинский замок остается в руках англичан. Но английские войска подавляют восстание Фицджеральдов, применяя—впервые в истории Ирландии —порох при осаде родового замка последних—Мейнус. Опираясь на артиллерию, англ. войска разрушали укрепленные пункты— замки ирландских и англо-ирландских аристократов, захватывали земли аристократов—участников восстаний—и обращали ирландское население в бесправных арендаторов земли, тогда как по ирландскому праву они являлись ее собственниками.
Религиозная реформа
Этот процесс обезземеления ирландского крестьянства, растянувшийся на два с лишним века, представляет собою подлинное ограбление под оболочкой религиозно политической борьбы. Вслед за распространением на Ирландии религиозной реформы, объявлявшей короля главой церкви, в Ирландии началось несколько восстаний смешанного религиозно-национального характера (1537—51); наиболее серьезным из них было восстание в Олстере, несколько менее важным—восстание в Лейнстере уже в царствование Эдуарда VT. Земельные конфискации впервые были применены именно в результате подавления этого последнего восстания, но широкое их применение началось только при Елизавете.
В эпоху католической реакции в Англии законы времен Генриха VIII и Эдуарда VI о запрещении католического богослужения и о преследовании католиков были отменены, но даже в царствование Марии Кровавой (см.) проведенные под религиозным предлогом земельные конфискации отменены не были; их проведение сопровождалось кровавым подавлением протестов со стороны местных жителей. В царствование Елизаветы преследования католиков возобновились, и был Подтвержден акт об единообразии веры в Англии и в Ирландии (1558), остававшийся до 1570 мертвой буквой. В 1570, с изданием папской буллы (Иия V) об отлучении от церкви Елизаветы, борьба против католиков в Ирландии стала частью борьбы между протестантской торговой Англией и католической феодальной Испанией.
Испания активно поддерживает восстание Шан О’Нейла в Олстере в 1565—67 и вслед затем восстание Фиц-Мориса в Мюнстере. Елизавета произвела при помощи своего наместника обширную конфискацию земель в Мюнстере в 1584—89 и раздала английским компаниям и частным лицам, как напр. Вальтеру Ралею (см), и поэту Спенсеру (см.), участки размером от 4 тыс до 12 тыс. акров. Она затем объявила Олстер «самой опасной частью острова». После нового восстания Хюга в 1593—94 ей пришлось временно уступить, но борьба продолжалась. Испанский отряд, высадившийся в Ирландии в 1601, был разбит, и после десяти лет сопротивления Хюг О’Нейл был также разбит в 1603. В царствование Якова I вопреки соглашению с О’Нейлом и под предлогом заговора огромные поместья О’Нейлей, достигавшие трех млн. акров и не являвшиеся по ирландскому праву их собственностью, а лишь областью их сюзеренной власти, стали объектом конфискации.
В отличие от прежних конфискаций, которые влекли за собою в 16 в. раздачу земель без указания на то, кого на них должны поселять «плантаторы, получавшие землю от правительства, олстерские «плантации» начала 17 в. были заселены сплошь английскими и шотландскими поселенцами. На этом основании Олстер был превращен в своего рода англ. крепость в Ирландии. Местное ирландское население было в своем большинстве выселено или ему предоставлялись лишь самые незначительные участки при арендной плате, вдвое более высокой, чем та к-рая взималась с английских и шотландских поселенцев.
В качестве «плантаторов»—помещиков, получивших земли от правительства и обязавшихся привлечь поселенцев, —выступали не только частные лица из среды крупных чиновников и придворных, но и компании лондонских купцов и промышленников, сохранившие гильдейские хартии, но представлявшие к началу 17 в. крупные капиталистические организации—компании ювелиров, часовщиков, виноделов, оружейников и т. п. В особенности велико было участие этих лондонских компаний в земельных конфискациях в графстве Дерри, получившем даже новое название Лондондерри. Новые поселенцы в Олстере оказывались в несколько лучшем положении, чем ирландское население, превращенное по воле лорда в арендаторов из собственников своей земли; новым английским и шотландским поселенцам в Олстере новые помещики должны были предоставлять землю на условиях «твердой аренды».
Таким образом в Олстере создавалось крепкое крестьянство в отличие от других частей острова, в к-рых оно было постепенно уничтожено. Наместник короля Якова Чичестер, продолжая политику наместника Елизаветы Перрота, повел активную борьбу с ирландским земельным правом; была создана королевская распределительная комиссия, действовавшая в 1608—18 и занявшаяся поресмотром всех юридических документов на владение. Еще Перрот провел т. н. «Коннаутское соглашение», по к-рому ирландские землевладельцы в этой провинции точно определяли свои владения и соглашались принять от короны крепостные акты на эти владения. Это в сущности была та же конфискация, но в пользу ирландской аристократии, а не новых англ. лендлордов.
При Якове I под предлогом политической неблагонадежности ирландских дворян, неисправности их документов на владение и т. п. земли у них отбирались частью в казну для новых земельных раздач, частью шли доносчикам, так наз. «открывателям», к-рые доносили в комиссию о возможности поживиться за счет того или иного ирландского землевладельца . Многие из ирландских землевладельцев находили для себя выгодным откупиться от домогательств правительства. В 1628 король Карл I согласился получить огромную по тому времени сумму в 120 тыс. ф. ст. за признание нрава собственности за ирландскими дворянами Коннаута, даже если на них не было крепостных документов, но могла быть установлена шестидесятилетняя давность владения. Король получил обещанную субсидию, но не созвал парламента для законодательного оформления своих обещаний.
Наместник Карла I в Ирландии Страффорд начинает широко применять практику ирландских субсидий для поддержки короля в его борьбе против парламента в самой Англии. Страффорд одновременно ведет политику запрещения в Ирландии шерстяной пром-сти, которая могла бы составить конкуренцию англ. индустрии, и покровительствует льняной промышленности Олстера, в которой работали английские и шотландские поселенцы и которая не имела в Англии конкурентов. Таким образом Страффорда можно считать родоначальником политики английского колониального меркантилизма для Ирландии, приведшей в Америке к крах у английского господства в конце 18 в., политики, к-рая в Ирландии была бы немыслима без кровавых насилий 17 в. и к-рая в значительной степени объясняет, почему Ирландия к моменту промышленной революции оказывается очень отсталой страной по сравнению со своей столь близкой метрополией. В 1641, после казни Страффорда, к-рой потребовал и добился англ. парламент, в Ирландии вместо наместника были посланы два лорда юстиции, бывшие «открыватели» земель, подлежавт их конфискации, —сэр Джо н Борлез и сэр Виллиам Парсонс.
Борьба за свободное исповедание католической религии
Дублинский парламент был распущен Парсонсом; милости, обещанные Ирландии королем Карлом I в обмен на субсидию, небыли подтверждены парламентом; напротив, обнаружилось, что сторонники англ. парламента намереваются произвести новые конфискации, на этот раз в размере ‘/s всех земель. Это и было осуществлено впоследствии Кромвелем. В связи с этими опасениями началось в 1641 охватившее всю страну восстание, в котором приняли участие все обезземеленные кланы под предводительством Фелима О’Пейла, Роджера О’Мур а и Мак Гвайра. Восстание началось с Олстера, но постепенно распространилось на юг, в особенности после того как на совете в Килькенни (1642) католическое духовенство Ирландии присоединилось к восставшим и объявило борьбу с англичанами законной как борьбу за свободное исповедание католической религии.
В том же 1642 в Килькенни собрался также съезд руководителей восстания, к которому примкнули 25 светских и духовных пэров и 226 членов Палаты общин. Киль — кеннийская конфедерация обратилась к католическим державам—Франции и Испании— и к папскому престолу с просьбой о поддержке. Кардинал Ришелье перед смертью в том же 1642 обещал восставшим свою помощь. В борьбе с восставшими англ. парламент объявляет о конфискации новых 2 млн. акров, но король Карл I решается использовать восстание в Ирландии в своих собственных интересах; по его указанию его наместник Ормонд, одержавший победу над восставшими при Россе в 1643, заключает с ними в октябре того же года перемирие на год под условием получения субсидии в 20 тыс. ф. ст. В 1645 Кар л I заключает с восставшими окончательный мир, обещая им удовлетворение всех их требований, в том числе и уравнения в правах католической и англиканской церкви, под условием поставки ему армии в Англию в количество 10 тысяч солдат. Однако под давлением парламента Кар л I отрекся от этого соглашения, в результате чего коалиция роялистов и конфедератов в Ирландии распалась .
Появление в Ирландии папского нунция Ринуччини в 1645 способствовало дальнейшему обострению борьбы, так как папский престол (Иннокентий X) ставил своей непосредственной задачей отторжение Ирландии от Англии и передачу Ирландии под верховный сюзеренитет папы.
Начались жестокие избиения англичан-протестантов.
Иезуит Корнелий О’Махони в 1645 утверждал, что было убито 150 тыс. еретиков (т. е. протестантов). Эту оценку следует считать преувеличенной; однако нет сомнения, что в Олстере, где были поселены протестанты—англичане и шотландцы, —жестокость восставших была значительной. Меррей оценивает число убитых едва в 10 тыс. человек; современники восстания, англичане, называли цифры в 40, 50 и 122 тыс. чел. Как бы то ни было, эксцессы восстания послужили затем Кромвелю (см.) оправданием для неслыханной по своей жестокости резни и для ссылки на каторжные работы в Вест-Индию лучшей части ирландского юношества. Кромвель отправился с военной экспедицией в Ирландию уже после казни Карла I, в 1649, когда ирландские патриоты и роялисты объединились вновь в борьбе против общей опасности, угрожавшей им со стороны парламента.
Кромвель был беспощаден в подавлении реакционного ирландского восстания, и эта беспощадность была проявлением не только религиозного фанатизма, но и политического расчета. Кромвель ставил своей задачей окончательное подавление Ирландии, поселение в Ирландии пуритан и искоренение папистов с тем, чтобы в Ирландии сторонники реакции не могли получить в будущем никакой поддержки. По свидетельству самого Кромвеля, все защитники двух сопротивлявшихся ему крепостей—Дрогеды и Уэксфорда—были перебиты без исключения. Тысячи ирландцев были проданы в рабство и высланы в Вест-Индию. В 1646 население Ирландии оценивалось в l млн. чел.; в 1652, после войны и последующего затем голода и эпидемии (т. к. Кромвель уничтожал не только гарнизоны и крепости, но и посевы, амбары и т. п. ресурсы страны), оно уменьшилось до 850.000, из к-рых 150.000 было англичан и шотландцев. Земельные конфискации были проведены при Кромвеле в беспримерном до того масштабе.
Новые поселенцы получили 1 млн. акров. Правительство конфисковало земли в 4 графствах для дальнейшего раздела от своего имени; в 7 графствах земли были немедленно розданы солдатам Англии и тем и рландским солдатам Мюнстера, которые своевременно отказались от Карла I; в восемнадцати других графствах эемля была роздана англ. компаниям и частным лицам. Кромвель намеревался изгнать все католическое население из Олстера, Мюнстера и Лейнстера и загнать его в Коннаут—на крайний запад Ирландии. Если этот план не удался, то лишь по недостатку новых англ. поселенцев; не в интересах новых англ. помещиков было обращать свою землю в пустыню, и они просили сохранить им ирландских арендаторов. Однако все принимавшие участие в восстании или прикосновенные к нему должны были покинуть области к востоку от р. Шанноп на 1 мая 1654 под страхом смертной казни.
Мероприятия Кромвеля привели подобно отмене Нанттюго эдикта (см.) во Франции к эмиграции:»J5—40 тыс. ирландских солдат и их семейств покинули И. , рассеявшись по континенту Европы.
Контрреволюция в Англии и возвращение Стюартов не привели к восстановлению земельной собственности ирландцев.
Акт о поселении 1662 рассматривает Ирландию как покоренную вражескую территорию; разрешалось возвращать земли только тем, кого признавали невиновными в участии в восстаниях до 1643, да и то по разъяснительному акту 1665 возвращение земли становилось возможным только, если земля не была передана уже в другие руки. Стюарты не только в этой области продолжали политику Кромвеля относительно Ирландии. В отношении ирландской пром-сти и торговли политика Англии от Страффорда и до Вильгельма Оранского, т. е. в течение всего 17 в., оставалась все той же политикой подавления и запрещения; при Карле II во втором навигационном акте в 1663 ирландские суда были поставлены в равное положение с иностранными судами, т. о. лишены были права участия не только в английских, но и в колониальных перевозках.
В 60-х гг. начала развиваться ирландская торговля скотом; до 50.000 голов скота вывозилось ежегодно в Англию, что повлекло за собой невыгодное для англ. помещиков падение с.-х. цен и земельной ренты. Актом 1666 англ. парламент воспретил ввоз в Англию живого скота, и вскоре эта торговля прекратилась. Чере з 20 лет после кромвелевских мероприятий английский экономист В. Нетти установил, что население Ирландии состояло из 800.000 ирландцев и 300.000 англичан и шотландцев. Таким образом поселенцы из протестантов все еще насчитывали немногим более ‘/3 всего населения, но на их долю приходилось, по словам В. Петти («Политическая экономия Ирландии»), 3/ 4 всех земель, 2 /15 всех домов в городах и укрепленных пунктах и 2 / 3 всей внешней торговли. 3 / 4 всего ирландского народа жило в состоянии крайней бедности, в хижинах без дверей, окон и дымоходов.
Санкции против шерсти Ирландии
По словам Петти, ирландские земледельцы ничего не покупают из еды и одежды, обходясь собственным скудным пропитанием и домотканными материалами из шерсти; Петти оценивал стоимость пропитания семьи в шесть человек в 1 пенс в день. Низкий уровень жизни ирландских крестьян и ремесленников способствовал дешевизне шерсти и шерстяных тканей; промышленники Зап. Англии стали в конце 17 в. жаловаться на конкуренцию дешевых ирландских сукон на иностранных рынках. Английский парламент провел вскоре закон, воспрещавший вывоз шерстяных тканей из Ирландии куда бы то ни было, кроме Англии, а в 1698 пошлины на вывоз в Англию были повышены до такой степени, что экспорт перестал быть выгодным. Ирландия стала вновь местом сбора для роялистов и сторонников католической реакции во время Второй английской революции. В 1689 в Ирландии произошло восстание, на этот раз при поддержке сторонников Стюартов, самого низложенного Якова II и франц. отряда под предводительством Лозена, отправленного в Ирландию правительством Людовика XIV. Однако в самой Ирландии силы разделились, ибо протестантское население Олстера осталось верно знамени Вильгельма Оранского, призванного в Англию парламентом.
Олстерские ораишсисты (см.) до сих пор празднуют день победы Вильгельма над войсками сторонников реставрации Стюартов при Аугриме—12 июля 1691. Победа Вильгельма Оранского привела к самому жестокому из всех жестоких мероприятий, проведенных англичанами в Ирландии, —к введению т. н. «карательных законов», сводившихся к лишению всего католического населения элементарных гражданских прав. Отныне ирландский парламент составлялся лишь из представителей протестантского населения; вся Ирландия была подчинена протестантской церкви, содержание к-рой ложилось на плечи ирландского населения. Религиозная форма преследований и в данном случае прикрывала истинное экономическое значение этих мероприятий. Тот же цитированный нами Петти писал: «Население Ирландии делится на фракции и партии: на англичан и ирландцев, протестантов и папистов, хотя на самом деле подлинное различие проходит между теми, кто владеет землей, и теми, кто ее лишен».
В 18 век Ирландия переходит как страна разоренная, страна в к-рой большая часть земли находится в руках ничтожного меньшинства лендлордов. После победы Вильгельма III (Оранского) над Яковом II были произведены новые дополнительные земельные конфискации в размере 1 /» млн. акров, розданных наиболее видным сторонникам новой династии огромными поместиями по 50—100 тыс. акров (лорд Бентинк, лорд Ромней, лорд Альбемарл). Голод стал постоянным явлением в Ирландии. Наиболее сильные голодовки были в 1729 и в 1740—41. Но еще в 1727 Свифт, описывая бедственное положение страны, указывал на нищету населения, бродяжничество и разбой на больших дорогах. От Петти, писавшего в конце 17 в., до Свифта, писавшего во второй четверти 18 в., все наблюдатели говорят об исключительно тяжелом даже для того времени (т. е. времени расцвета негритянского рабства) положении ирландского населения. В своей знаменитой сатире («Скромное предложение, имеющее целью помешать детям ирландских нищих быть бременем для своих родителей и для страны и указать, каким способом сделать их полезными для общества») Свифт иронически предлагал в качестве «гуманного» мероприятия откармливать детей для стола лендлордов, что привело бы к сокращению числа жителей-папистов и к увеличению богатства страны.
Одновременно англ. язык делается господствующим в Ирландии.
В условиях голода и бесправия возникали тайные общества, крестьянские организации полутеррористического характера, которые вели борьбу с помещиками и представителями власти. Из этих организаций приобрели особую известность «Белые ребята» или «Правые ребята» (Whit e Boys или Righ t Boys) на юге Ирландии и «Стальные ребята» или «Стальные сердца» (Steel Boys или Steel Hearts) на севере. Не имея религиозного характера, эти крестьянские организации вербовали своих членов как из католиков юга, так и из сектантов (диссентеров) севера и вели борьбу равно с английскими и ирландскими помещиками, чиновниками и господствующей церковью, к-рой крестьянство было обязано уплатой десятины. В памфлете, озаглавленном «Поздравительный адрес его величеству от крестьянства Ирландии, обычно называемого „Белыми ребятами» или „Правыми ребятами»» (1786), мы встречаем жалобы на несоразмерные налоги, десятину и арендную плату, обрекающие ирландское крестьянство на нищету и голод. Между тем политическое руководство страной в 18 в. перешло к зажиточной городской буржуазии, образовавшейся из числа осевших в Ирландии торговцев Деля и Олстера, младших сыновей лордов, ставших лицами свободных профессий, и немногих промышленников-мануфактуристов, а также к землевладельцам, в большинстве своем протестантам, к-рые одни имели право выбора в парламент. Руководители буржуазной оппозиции в дублинском парламенте Флуд и Граттан во второй половине 18 в. ведут борьбу за превращение ирландского парламента в самостоятельный законодательный орган. Им приходится вести борьбу в двух направлениях:
за предоставление ирландскому парламенту самостоятельности от английского и
одновременно за расширение представительства.
Голос из Америки воскликнул: „свобода для Ирландии».
В 1768 был утвержден билль о сокращении срока парламента до восьми лет вместо прежнего порядка, при котором парламент, раз собравшись в новое царствование, оставался в этом составе до конца царствования данного короля. Война американского народа за независимость сыграла крупнейшую роль в дальнейшем усилении ирландской буржуазно-дворянской оппозиции. В 1771 и 1778 были проведены законы, облегчавшие приобретение католиками земли в собственность. В том же 1778 в Ирландии возникло движение волонтеров, создавшееся вначало под предлогом содействия Англии в борьбе против Франции и американских колонистов. Движением руководили по преимуществу буржуазные деятели парламентской оппозиции с Граттаном во главе, но в нем наряду с торговцами и студентами принимали участие рабочие и ремесленники. Созданные т. о. добровольческие дружины стали затем угрозой для старого режима в самой Англии. Так, по словам одного из наиболее консервативных деятелей ирландской буржуазии, Флуда, «голос из Америки воскликнул: „свобода для Ирландии»» .
В 1782 ирландскому парламенту была дана самостоятельность, а в 1793 под непосредственным воздействием французской революции зажиточному католическому фермерству (платившему не менее 40 шилл. в год налогов) было предоставлено активное (но не пассивное) избирательное право. Закон Пойнингса был отменен в 1782 под непосредственным впечатлением военного разгрома англ. армии в Америке при Иорктауне (1781); первые шаги в пользу эмансипации католиков предприняты под впечатлением успехов французской революции. Между тем события во Франции привели к образованию в Ирландии, как и в других странах Европы, патриотических обществ, стремившихся к ниспровержению «старого порядка», выразившегося для Ирландии в английском господстве и неравенство перед законом. Наиболее важным из этих обществ было «Общество объединенных ирландцев», во главе к-рого стал Вольф Топ (см.). Ему удается войти в сношения с революционной Францией в целях провозглашения независимой ирландской республики. Запрещенное англ. властями общество уходит в подполье и организует восстание 1798, несмотря на арест своих вождей.
Французская помощь оказалась недостаточной: первая экспедиция Гоша в 1790 из Франции потерпела неудачу из-за бури, помешавшей произвести высадку; вторая экспедиция Эмбера (1798) была разбита сравнительно легко. Восстание 1798 было Подавлено с обычной для действий англичан в Ирландии жестокостью. Ирландский парламент был уничтожен, и, что весьма замечательно, с согласия своих собственных депутатов, частью подкупленных англичанами, частью обеспокоенных ростом революционного движения. Уния 1800 предусматривала объединение представительства Ирландии и Англии в едином парламенте Соединенного королевства Великобритании и Ирландии.
Ирландия 1800—79.
Конец 18 и начало 19 вв. харак — теризуются относительным экономическим преуспеванием Ирландии. Отмена карательных законов против католиков, а затем проведенный ирландским парламентом в 1784 закон Фостера об экспортных премиях на хлеб сделали земледелие более выгодным, чем ранее. К концу 18 в. процесс усиления земледелия был ускорен войнами с Францией, в связи с к-рыми Англии потребовалось усилить свое продовольственное снабжение. Ирландия была ближайшим и наиболее удобным источником снабжения для Англии; в 1806 все ограничения на ввоз хлеба из Ирландии в Англию были сняты, и в годы 1807—14 цены на хлеб, поставлявшийся из Ирландии для англ. войск, были даже выше того максимума, к-рый предусматривался законом Фостера. Впрочем, выгоды от военных прибылей были использованы гл. обр. кучкой лендлордов, торговцев и ростовщиков, которые играли роль посредников менаду ирландским фермером и английским рынком. Нет сомнения,однако, что военные прибыли способствовали дальнейшему развитию земледелия, причем пшеница становилась главной экспортной культурой, а картофель — основным предметом питания самого ирландского крестьянства.
Бедность крестьян не позволяла им арендовать землю непосредственно у помещиков, сдававших ее крупными участками; поэтому помещики сдавали свои земли капиталистам-посредникам, чьи доходы зачастую превышали ренту самого помещика. Посредники и лендлорды, обладавшие капиталом, делили землю, часто на осново издольщины («конакр»), на мелкие участки, сдававшиеся в значительной части сроком на один год арендаторам, носившим название «коттеров» в отличие от «фермеров», снимавших участки из года в год. Согласно переписи 1841, в Ирландии при 8.175 тыс. чел. населения насчитывалось ок. 825 тыс. арендных держаний; из них 450 тыс. числилось за «коттерами». Но ирландский экономист О’Флин в исследовании, посвященном вопросу о нищете в Ирландии, еще в 1835 писал, что различие между фермерами и коттерами исчезает, стираясь за счет первых; из числа «фермеров» 250 тыс. занимали участки от 5 до 15 акров; 80 тыс.—от 15 до 30 акров и ок. 50 тыс.—более 30 акров (оценка Помфрета).
Другой экономист начала 19 века Бечино писал в 1827: «Фермер, имеющий держание в двадцать—тридцать акров, живет немногим лучше коттера; в его избе найдется возможно второе помещение для спальни или отдельный хлев». Американский исследователь Помфрет делит ирландское крестьянство начала 40-х гг. 19 в. на две группы: небольшую часть в количестве 100 тыс. и их семей, б. или м. зажиточных, и остальные 90% крестьян, не имеющих обычно достаточных средств к существованию. С этим нищенским положением большинства ирландского крестьянства сочеталась техническая отсталость ирландского с. х-ва. Ныоингем, один из знатоков с. х-ва Ирландии, писал и 1809, что «с точки зрения естественного плодородия Ирландия. стоит на более высоком уровне, нежели Англия, но вследствие недостатка капитала и более многочисленного, ч6м в Англии, фермерства и недостатка с.-х. образования… Ирландия не допроизводит около 1\V того, что она должна была бы производить».
Этот автор упускает из внимания факторы социального порядка: отсутствие технических улучшений в сел. х-ве Ирландии было непосредственным результатом не только того, что держатели не могли рассчитывать на устойчивость аренды, но и того, что произведенные арендаторами мелиорационные работы, повышая стоимость земли, неизбежно влекли к повышению земельной ренты. Выходило таким образом, что ирландский арендатор оплачивал английскому лендлорду свои улучшения дважды. В результате системы коттерских держаний предложение рабочих рук было всегда избыточным и зарплата с.-х. рабочих крайне низкой: она составляла в начале 19 в., когда писал Ньюингем, т. е. в годы высоких цен на хлеб, 6—9 пенсов в день при 200 рабочих днях в году. Для уплаты ренты за акр земли под картофелем коттер должен был трудиться 2/з своего рабочего времони на чужой земле, уделяя своему хозяйству лишь праздники и труд других членов семьи. Большие семьи поэтому имели возможность лучше существовать, чем малые семьи, пока в Ирландии развивалось земледелие.
Но если с подавлением восстания Роберт а Эммета революционное движение в пользу ирландской независимости и было подавлено, то народные волнения в стране все же не прекра — щались; против них и были направлены полицейские мероприятия англ. правительства. Продолжателями деятельности тайных аграрных обществ 18 в.—«Стальных ребят» и «Белых ребят»—выступили в 10-х и 20-х гг. 19 п. многочисленные организации «Черноногих» и «Белоногих», «Молотильщиков», «Ползунов по скалам», которые вели борьбу з а отказ от упла — ты десятины в пользу церкви, организовывали сопротивление полиции, угрожали суровой расправой лендлордам, изгонявшим арендаторов и особенно жестоко их прижимавшим, и иногда приводили свои угрозы в исполнение. Вожди этих обществ, писал Лыоис в своей книге «Волнения в Ирландии» (Sir G. С. L е w i s, Irish disturbances) в 1836, «принадлежат к низшим слоям крестьянства и с.-х. рабочих». Таки х f тайных обществ среди крестьян было очень много. Обычно однако такого рода общества, имевшие одинаковые наименования, не были организованы в единое целое по всей стране.
Такие крестьянские тайные общества легко возникали и легко распадались; они затевали иногда несложную расправу с врагами крестьянства—лендлордом, его управляющим, откупщиком, протестантским пастором, полицией— и исчезали. Английское правительство пыталось подавить деятельность этих тайных обществ путем чрезвычайных законов: со времени закона об унии вплоть до 1845—47 за исключением краткого промежутка времени 1835—40 Ирландия управлялас ь такими законами. Но пресечь аграрные волнения в И. правительство было бессильно. Высшие классы ирландского общества вели борьбу за эмансипацию католиков и з а восстановление ирландского парламента. Вожди ирландской буржуазии и помещиков конца 18 в. Флуд и Граттан нашли себе достойного продолжателя в лицо Даниел я О’ Еоннела (см.), которому ирландская буржуазна я политическая литература присвоила прозвище «Освободителя». О’Конне л (р. 1775) был еще молодым человеком во время восстаний 1798 и 1803; неудача этих восстаний позволила ему в интересах верхов ирландского общества выступать в пользу мирного характера движения, которое он возглавлял.
Выдающийся адвокат-криминалист и оратор, О’Коннел решительно выступал против насильственных действий и тайных обществ. В своих речах он призывал к «совершению величайших и наиболее желательных политических перемен одними лишь средствами морального убезкдения, та к ка к ни одна революци я не стоит пролития человеческой крови». Он резко восставал против деятельности тайных обществ и отказывалс я от сношений с ними. Но О’Коннел прекрасно понимал, что те цели, которые он себе ставил, a именно: эмансипация католиков и возвращение политической власти ирландской буржуазии и помещикам в Ирландии, немыслимы без создания для движения массового базиса. В 1823 О’Коннел создал «Католическую ассоциацию», к-рая ставила своей задачей уравнение католиков в политических правах с протестантами и освобождение католиков от сбора церковной десятины в пользу протестантской (государственной) церкви, а также ряд других , более мелких реформ. «Католическая ассоциация» была основана с помощью и при ближайшем участии католического духовенства, которое активно содействовало агитации и сбору средств в пользу ассоциации.
Членами ассоциации могли быть лица, вносившие 1 ф. ст. в год и принадлежавшие т. о. к состоятельным классам населения, но участвовать в ассоциации в качестве членовсоревнователей могли все, вносившие 1 пенс в месяц; этот пенс вносили обычно фермеры через посредство католического священника, отчего самый взнос получил наименование «католической ренты». О’Конне л располагал таким образом огромными средствами: католическа я рента приносила 600—1.000 ф. ст. в неделю. Лична я популярност ь О’Коннел а была очень велика, но он пользовался ею не для защиты интересов широких масс ирландского крестьянства, а в интересах небольшой сравнительно кучки католических помещиков, буржуазии и духовенства. О’Коннел у удалось с помощью церкви одержать ряд избирательных побед на выборах 1826 и самому разбить на выборах министра Фицджеральда в 1828.
Несмотря на то, что О’Коннел не мог занять своего места в парламенте ка к католик, избирательная победа О’Коннела была важным событием, так как она знаменовала протест избирателейфермеров, рисковавших в происходившей открытой подаче голосов навлечь на себя недовольство помещиков, а следовательно и угрозу выселения с занимаемых ими участков. Министерство Веллингтона, опасаясь этих 40-шиллинговых (как их называли по размерам объявленного дохода) крестьянских избирателей гораздо более, чем лидеров «Католической ассоциации», вошло в сделку с О’Коннелом и провело в 1829 билль об эмансипации католиков, одновременно значительно повысив избирательный ценз с 40 шиллингов до 10 ф. ст. В силу «эмансипации» число избирателей было уменьшено таким образом с 200 тысяч до 26 тысяч человек. Агитация в пользу отмены церковной десятины значительно ослабела после того, ка к О’Конне л предал своих сторонников, воспользовавшись их поддержкой. Билль об отмене десятины прошел лишь через десять лет — в 1838, но в таком урезанном виде, что по существу лишь гарантировал церкви доходы, превратив десятину в ренту.
Меясду тем и в Англиии в Ирландии парламентская реформа 1832, уничтожившая «гнилые местечки» (см. Великобритания, Исторический очерк), ослабила лендлордов, до того распоряжавшихся самовольно многими парлам. округами, и усилила вигов, взявших на себя представительство буржуазии. В 1834 О’Коннел сближается с вигами и одним из первых выступает против рабочего движения— тред-юнионов, боровшихся за право коалиции, и против рабочего законодательства—ограничения детского труда . 40-е гг. в истории Ирландии являются временем нового подъема политической активности масс. Революционное движение в Европе, брожение в самой Ирландии, неудовлетворенность теми результатами, к-рые были достигнуты «Католической ассоциацией», наконец влияние англ. чартизма заставляют О’Коннела и других вождей из буржуазии искать новых путей для подчинения себе возникающего вновь аграрного массового движения и вовлечения его в легальное русло. О’Коннел создает «Ассоциацию отмены унии» (Repea l Association) в 1841.
Почти одновременно создается по образцу соответствующих организаций в Германии, Италии и др. странах кружок «Молодая Ирландия» и начинает выходить его еженедельный орган «Нация». «Ассоциация отмены унии» или «репилеры» действовала теми же методами массовой агитации, как и раное «Католическа я ассоциация»; место католической ренты заняла «рента репиля». О’Коннел начал созывать гигантские массовые Митинги по всей стране; один из таких митингов в Клонтарфе был запрещен английскими властями, и сам О’Коннел вскоре был арестован и предан суду. Осуждение О’Коннела было затем кассировано высшей судебной инстанцией, палатой лордов; английское правительство понимало, какого ценного союзника оно по сути дела имеет в лице О’Коннела, направлявшего движение в легальное русло. Незадолго до объявления о митинге в Клонтарфе Энгельс, говоря о положении в Ирландии, указывал, что, получив свободу, ирландский народ поступит с О’Коннелом и его денежной аристократией точно так же, как последние хотят поступить с ториями, т . е. выгонит их. Между тем положение Ирландии выдвигало на первый план кружок «Молодая Ирландия» политического характера, начавший с борьбы за «возрождение национального сознания», но вскоре перешедший к более непосредственным политическим задачам иод влиянием голода, вылившегося в стихийное бедствие в 1845—48.
Официальный отчет переписи 1851 сохранил нам описание голодных лет: «Земледелие было заброшено, и земля во многих частях страны оставалась невозделанной. Тысячи людей жили изо дня в день за счет общественной благотворительности; узы сомьи были разрушены и нарушены все старинные и почитаемые обычаи; люди питались падалыо, трупами, экскрементами, наконец дезорганизация общества проявилась в нобывалом исходе миллиона жителей страны, покинувших свой домашний очаг, чтобы искать пропитания и убежища за границей». Эти скупые замечания официального отчета говорят о том огромном впечатлении, к-рое произвела ирландская трагедия на современников. Население страны, как видно из приведенной выше таблицы, в 1851 составляло 6 млн. чел. В условиях нормального прироста, исходя из опыта предшествующих 40 лет, оно должно было подходить к 9 млн.—иначе говоря, 3 млн. человек эмигрировали, погибли или не появились на свет вследствие голода. В 1846 в Англии были отменены хлебные законы и в 1849—навигационный акт. В Ирландии начали ввозить кукурузу и хлеб гл. обр. из США и России; правительство вынуждено было’ прибегнуть к организации общественных работ и помощи нуждающимся.
Однако закон об организации помощи обходил тех, кто владел более чем одним акром земли, и. приводил к тому, что многие арендаторы просто покидали свои участки. Но земельная рента попрежному взималась, и в годы голода, несмотря на ввоз из-за границы, Ирландия вывозит пшеницу в обеспечение доходов лендлордов. Голод способствовал тому, что сторонники кружка «Молодая Ирландия» раскололись на две группы в вопросе о тактике политической борьбы за освооо5кдение Ирландии. В качестве сторонника активной тактики в среде «Молодой Ирландии» выдвинулся Джон Митчель, который вскоре порвал с «Нацией» и основал свой собственный орган «Объединенный ирландец» как бы в продолжение традиций «Общества объединенных ирландцев», поднявшего восстание 1798. Митчель защищал тактику обструкции английскому правительству, неплатежа налогов и арендной платы, подготовки к насильственному перевороту. События 1844 на континенте Европы способствовали тому, что вокру г Митчоля начинали группироваться революционные элементы.
Английское правительство в 1848 закрыло его газету и выслало самого Митчеля по суду на 20 лет из Ирландии. Его преемником становится Джемс Ф. Лалор, бывший фермер, выпустивший в свет НОВЫЙ орган под названием «Ирландский политический преступник» (Irish felon). Лалор доказывал, что политическое требование отмены унии с Англией само по себе недостаточно; его необходимо совместить с требованием земли, борьбой с лендлордами и лендлордизмом. Летом 1848 движение в Ирландии принимает новые формы: наряду с журнальной агитацией растет число клубов, имевших полуполитический, полувоенный характор. В ответ на попытку полиции арестовать вождей движения, в частности вождей созданной сторонниками Митчеля еще в 1847 Ирландской конфедерации, раздаются призывы к восстанию, но оно оказалось неподготовленным, и его легко подавила полиция. Английское правительство сурово расправилось со всеми арестованными участниками, хотя руководители восстания, в том числе ирландский помещик Смис О’Брайен, сдерживали своих сторонников от действительной революционной борьбы. Большинство участников восстания, приведшего в сущности лишь к небольшим стычкам фермерских отрядов с полицией, поплатилось долголетней ссылкой.
Вслед за голодом 1845—48 и отменой хлебных законов в Англии в Ирландии началась тридцатилетняя полоса, к-рая ознаменовалась в Ирландии аграрным перепоротом, подобным аграрному перевороту в Англии. Именно в течение этих тридцати лет особенно участились случаи изгнания мелких ирландских фермеров с насиженных мост; именно в эти годы произошла замена пахотного земледелия Ирландии пастбищным скотоводством в подавляющем большинстве хозяйств, именно в этот период английские лендлорды настойчиво проводят политику «консолидации» фермерских держаний. Нижеследующа я таблица, заимствованная из данных переписи 1871, дает представление об этом цроцессе консолидации.
Аграрное движение в Ирландии не прекращалось.
В 1848, после голода 1845—48 и неудачного восстания, фермерские организации продолжали действовать повсюду. Но, начиная с50-х гг., движение принимает иной характер, оно получает поддержку и средства из-за границы, гл. обр. из США, где основывается деятельная и радикальная ирландская эмиграция; участниками движения становятся во все возрастающем числе наряду с фермерами и низы городского населения — рабочие, ремесленники, служащие, в нем принимает участие и интеллигенция. Созданное в 1858 в США Ирландское революционное братство (известно такжо под именем Фенианского братства, см. Фении) включало ряд деятелей восстания 1848, бежавших из ссылки или укрывавшихся от властей.
Фении ставили себе целью освобождение Ирландии от английского ига путем вооруженного восстания.
Этой задаче они подчиняли все вопросы политические и социальные, считая, что все они будут разрешены с образованием самостоятельной Ирландской республики. Борьба ирландского народа с английскими империалистами достигла в годы фенианского движения такой остроты, что методы английских властей могли смело выдержать сравнение с худшими временами николаевской России. Но английское правительство действовало одновременно методами «кнута и пряника». Оно пыталось в лице Гладстона (см.) привлечь на свою сторону высшие классы ирландского населения и разложить единство ирландского национального движения, приняв нек-рые наименее существенные его требования. В 1869 Гладстон провел в обстановке показной борьбы акт об отделения от государства в Ирландии, тем самым установив равенство исповеданий, к-рого добивалась католическая церковь, этот ценный союзник для правительства в борьбе с фенианством. В 1870 Гладстон провел первую земельную реформу, по к-рой фермер получал возмещение за произведенные им с.-х. мелиорации в случае своего изгнания с арендуемого им участка. Но этот земельный закон, к-рый Гладстон пытался изобразить чуть ли не хартией свободы для ирландских фермеров, никак не препятствовал произвольному повышению земельной ренты.
В этом отношении Гладстон не выполнил даже программы, выставленной послушными представителями высших классов Ирландии в парламенте, группы та к наз. Tenan t righters (сторонников прав арендаторов) с Шерманом Кроуфордом во главе. Эта группа еще с 50-х годов выдвинула программу «трех Ф»— lair rent (справедливой ренты), fixity of tenure (обеспеченного держания), free sale (права свободной продажи арендного права на землю). В своей речи по поводу земельного закона 1870 Гладстон вновь и вновь отказывался признавать какое-либо право ирландских арендаторов на землю, кроме того права, какое дается им по арендному договору. Таким образом закон 1870, не удовлетворяя никого, кроме самой незначительной кучки крупных фермеров-арендаторов, был обречен на неудачу; в Англии он создавал видимость уступок ирландскому фермерству, но в самой Ирландии не было и этого.
Закон 1870 был лишь доказательством того, что само англ. правительство не могло закрывать глаза на существование проблемы лендлордизма в Ирландии. В получении этих, хотя и показных, уступок была заслуга фенианства.
Ирландия 1879—1921.
Первый период новейшей истории Ирландии —семидесятые и восьмидесятые годы—ознаменован жесточайшим аграрным кризисом; отсюда и единство аграрного и политического движения в Ирландии, приобретающего в этот период большую силу под руководством Парнела (см.). Падение мировых цен на с.-х. продукты, начавшееся вскоре после Франко-прусской войны, вновь оказало весьма отрицательное воздействие на положение ирландского крестьянства. К падению цен, достигшему своего апогея в начало восьмидесятых годов, присоединились неурожаи. Стоимость урожая картофеля, этого основного предмета питания населения Ирландии, упала с
- 12,5 млн. ф. ст. в 1876
- до 5,3 млн. в 1877, 7,6 млн.
- в 1878 и 3,3 млн. в 1879.
Гладстоновский акт 1870 об устойчивости держания и справедливой ренте не предупредил дальнейшего роста изгнаний арендаторов с земли. Статистические данные, опубликованные в официальных отчетах, показывают, что в 1877 было изгнано 1.577 семейств арендаторов—больше чем в среднем за десятилетие, предшествовавшее закону 1870; в 1880 число изгнаний возросло до 2.770. К аграрному кризису прибавился кредитный; после закона 1870 банки стали кредитовать арендаторов под залог арендного права—из 15—20% годовых; в 1879 после крах а Глазговского банка наступила паника: ряд банкротств фермеров, лавочников, сельских ростовщиков привел к еще ббльшим затруднениям с взысканием арендной платы
Созданная в 1870 «Ассоциация местного самоуправления Ирландии» созвала в 1873 в Дублине конференцию представителей со всех концов Ирландии и переименовалась в «Лигу гомруля»; самое выражение «гомруль» (Home Rule—внутреннее или местное самоуправление ) было создано Баттом, к-рый выступал за превращение Соединенного королевства Великобритании и Ирландии в федерацию Англии и Уэльса , Шотландии и Ирландии. Программа Лиги подчеркивала легальные методы борьбы (в противоположность фенианству), объединение ирландцев всех исповеданий и классов вокруг общего национального движения и создание ирландской палаты лордов, т. о. предоставление английским лендлордам в Ирландии решающего голоса в управлении страной и в случае осуществления гомруля. На выборах 1874 группа Батта провела в парламент 51 своего сторонника, но не была связана строгой дисциплиной, так что, когда Батт в том же 1874 внес свой проект гомруля в парламент, он получил всего лишь 8 голосов.
Речи Батта, одного из крупнейших адвокатов своего времени, защитника во многих фенианских процессах, были красноречивы и достойны лучших образцов английского парламентского стиля , этого соединения лицемерного ханжеств а с пафосом церковной проповеди и с цитатами из греческих и латинских классиков, но они оставались совершенно безрезультатными, т. к . за ними не чувствовалось массовой поддержки. Сторонники «активной тактики» в ирландской парламентской фракции Биггар и Парнел стали в 1877—78 широко применять обструкцию в парламенте с тем, чтобы заставить английское правительство обратить внимание на тяжелое положение Ирландии. Нет сомнения однако, что тактика обструкции сама по себе не имела бы успеха и не сделала бы одного из ее инициаторов Парнела фактическим руководителем всего ирландского политического движения, если бы к группе парламентариев не присоединилась созданная усилиями б. участников фенианского движения и в первую очередь М. Девитом (см.) Земельная лига (см.).
Последователь Лалора и Генри Джорджа, Девит во главу угла ставил аграрный вопрос; освобожденный из тюрьмы в 1877 Девит выдвинул в США и в Ирландии «новую тактику» активного участия бывших фениев в политической жизни с программой окончательного уничтожения лендлордизма. Эта программа выдвигалась как экономическая основа подлинного самоуправлении страны. Сам Девит был сторонником национализации земли, но в агитации в 1879—81 национализация земли отошла на задний план; созданная Девитом и поддержанная Парнелом Земельная лига требовала лишь земельной реформы на основе выкупа государством земельной собственности у лендлордов и продажи ее или сдачи земли на вечные времена в аренду ирландским фермерам. До проведения этой программы в жизнь Земельная лига должна была действовать в качестве боевой организации арендаторов: она стала широко применять тактику организованного бойкота по отношению к лендлордам, повышавшим ренту или сгонявшим арендаторов, не желавших платить чрезмерной аренды, а также к самим арендаторам, бравшим землю в аренду после того, как с земли были согнаны другие.
В 1880 Иарнелу удалось в США создать Американскую земельную лигу и получить денежные средства для оказания помощи согнанным с земли арендаторам, на агитацию и организацию активного противодействия правительству. Тем временем английское правительство развернуло свои излюбленные методы борьбы с ирландским аграрным движением; на страну посыпались новые «чрезвычайные законы» и «осадные положения». Правительство сделало неудачную попытку привлечь руководителей Земельной лиги к суду еще в 187! в качестве «преступного сообщества, препятствующего платежу ренты и создающего взаимное недоброжелательство у различных классов подданных ее величества королевы». Но даже правительству Гладстона (см.), оценивавшему тогда положение Ирландии как вполне «благополучное», пришлось признать, что без земельных реформ необойтись. «Я должен сделать признание,—говорил Гладстон в парламенте в 1893, — что без Земельной лиги аграрный закон 1881 не был бы проведен вовсе».
Закон 1881, вырванный Земельной лигой у правительства, далеко не был удовлетворителен, но он до нек-рой степени обеспечивал те знаменитые требования «трех Ф», к-рые впервые были выставлены еще в 40-х гг. и к-рые предоставляли арендаторам устойчивость держания, справедливую ренту и право свободной продажи держания. По этому закону создавались специальные земельные трибуналы (Land Court), к-рые могли устанавливать размеры земельной платы на 15 лет вперед. Сопротивление закону 1881 со стороны лендлордов не было столь решительным, как впоследствии сопротивление гомрулю; установление ренты на 15 лет в условиях падающих мировых цен на с.-х. продукты их вполне устраивало, да кроме того создавало для многих из них долгожданную возможность выгодно продать землю, за к-рую в годы неурожая и агитации Земельной лиги никак нельзя было получить хорошую цену. В самом законе 1881 предусматривалась возможность выкупа государством земли у лендлордов для продажи ее арендаторам; но эта часть закона была настолько невыгодна для арендаторов, что ею воспользовались за все время действия закона всего 730 чел.
Вице-король Ирландии Каупер и в особенности статссекретарь по делам Ирландии Форстер требовали усиления репрессий против Лиги и против Парнела лично, гарантируя в этом случае успех закона. На основании чрезвычайного положения в октябро 1881 были заключены в тюрьму Парнёл и другие руководители Земельной лиги (Девит был арестован еще раньше). Земельная лига была объявлена закрытой. В ответ на арест Парнела и других лидеров Земельная лига издала заранее подготовленный манифест о неплатеже ренты до тех пор, пока правительство не откажется от системы террора. Расчет правительства оказался верен наполовину: манифест о неплатеже ренты привел к усилению аграрных эксцессов, закон 1881 не имел немедленного успеха, но и Земельная лига не могла противостоять правительству в той же степени, что ранее. В начале l882 Парнел через свою жену Катрин О’Ши и Дисозефа Чсмберлена (см.) начал из тюрьмы переговоры с правительством, обещая взять назад манифест о неплатеже ренты, побудить арендаторов к мирному урегулированию своих отношений с лендлордами и содействовать уменьшению аграрных эксцессов.
Гладстон соглашался в случа е успеха «мирной» агитации Парнела отменить чрезвычайное положение, выпустить Парнела и других лидеров из тюрьмы и снять недоимки, числившиеся за 100 тыс. фермеров. Гладстон пожертвовал Форстером, к-рому пришлось выйти в отставку; Гладстон был весьма доволен предложениями Парнела , к-рые представляли собой, по выражению Гладстона, «закуску к обеду, на которую мы не имели основания рассчитывать». Этот договор между Парнелом и Гладстоном, обычно называемый по имени тюрьмы, где сидел Парнел, «Кильменхэймским соглашением», знаменовал собой окончательный поворот Парнела в сторону политического компромисса с правительством. Эти действия Парнела вызвали недовольство у радикальных элементов, которые возражали против согласия Парнела на роспуск Земельной лиги и на его обещание оказать помощь правительству в борьбе с аграрным движением. Это недовольство сказалось в отходе от Парнела некоторых влиятельных групп в США (в частности деятелей, группировавшихся вокруг газеты Патрика Форда «Ирландский народ»). Ярким проявлением господствовавших среди крайних элементов настроений было убийство в Дублине 7 мая 1882 — через два дня после того, как Парнел заявил в парламенте о своем обещании правительству помочь восстановлению порядка, — вновь назначенного статссекретаря по делам Ирландии Кавендиша и его помощника Верка. Убийство было произведено террористической организацией «непобедимых» (Invincibles), возникшей в конце 1881 после воспрещения Земельной лиги.
Парнел поспешил отмежеваться от этих террористических актов. Созданная на место Земельной лиги новая «Национальная лига» возвращала в значительной степени все движения к исходному пункту—к мирной агитации за гомруль. В борьбе за гомруль Парнел мог, опираясь на поддержку Национальной лиги, организовать ирландскую фракцию в Пала е общин в составе 85 чел. и сделать ее ценным союзником или противником для канадой из двух английских партий—консерваторов и либералов. Находившиеся в оппозиции к Гладстону консерваторы позволили себе критику политики чрезвычайных законов для Ирландии, а после образования Национальной лиги выступили в пользу создания крепкой крестьянской земельной собственности в Ирландии Консервативный судья Лонгфильд выступил с меморандумом правительству, в котором заявлял: «всякая земельная собственность делает ее владельца защитником права и порядка против волнений и анархии». В 1885 блок консерваторов и парнелитов привел к поражению либерального правительства.
Немедленно образовавшийся консервативный кабинет провел в июне 1885 т. н. закон Эшборна, по к-рому правительство приобретало право авансировать арендаторов для выкупа земли у лендлордов на сумму в 5 млн. ф. ст. с предоставлением ссуды в размере всей выкупной стоимости под условием уплаты 4% годовых в течение 49 лет. Закон Эшборна был первым из законодательных мероприятий, превративших ирландское крестьянство из плательщиков ренты лендлордам в плательщиков выкупных платежей государству, представленному держателями государственных выкупных свидетельств и госзаймов. Обязательства ирландского крестьянства перешли из рук лендлордов в руки капиталистов рантье. Проведя закон Эшборна, консерваторы в т о же время категорически отказывались удовлетворить требования Парнела о гомруле. Переговоры лорда Карнарвона (нового статс-секретаря по делам Ирландии) с Парнелом не дали положительных результатов вследствие оппозиции со стороны огромного большинства консерваторов. Между тем Гладстон в свою очередь попытался привлечь ирландские голоса на свою сторону обещанием внести билль о гомруле .
Выборы 1885, проводившиеся на основе избирательного закона 1884 (см. Великобритаиияг Исторический очерк), дали либералам 333 места и консерваторам—251 место, оставив 80 чел. ирландских депутатов хозяевами положения. Став в феврале 1886 при поддержке ирландцев в третий раз премьером, Гладстон внес одновременно два билля—один, к-рый предусматривал выкуп земли с соответствующим ассигнованием 50 млн. ф. ст.; другой—билль о гомруле. На этот раз дело шло действительно о выкупе большей части земли лендлордов—за счет английского и ирландского налогоплательщика. Крупные буржуазные экономисты—Гиффен и Керд—выступили с резкой критикой аграрного законопроекта во имя интересов бюджета. Так . обр. представители денежного и промышленного капитала в Англии, не верившие в самую возможность получения с нищей страны 2 млн. ф. ст. в год в течение еще 50 лет помимо ренты по невыкупленной земле (именно такие суммы предусматривал внесенный законопроект), возглавили оппозицию ирландскому аграрному законодательству. Сопротивление гомрулю—из соображений военно-стратегических, финансовых и таможенно-политических — оказали не только лендлорды, но и представители банковского капитала и тяжелой пром-сти среди либералов .
Кризис либеральной партии, наметившийся еще ранее (см. Великобритания, Политические партии), был ускорен расколом по вопросу о гомруле. Несмотря на то, что гомруль , предоставлявший Ирландии особый парламент и министерство, сохраняя за английским парламентом исключительную компетенцию в области налогов и в вопросах внешней политики и обороны, он был отвергнут парламентским большинством в 343 против 313; отколовшиеся от либеральной партии противники гомруля во главе с Джозефом Чемберленом—юнионисты—на объявленных правительством новых выборах 1886 получили 78 мест при 316 местах консерваторов, 191 либералов о гомруле был тем самым похоронен. Новое консервативное правительство стало вновь на путь чрезвычайных законов для Ирландии, а печать и так наз. общественное мнение английской буржуазии были использованы для того, чтобы окончательно лишить массовой поддержки ставшую на путь политических компромиссов парламентскую фракцию парнелитов. Руководство аграрным движением ускользнуло из рук Парнела, когда в конце 1886 редактор газ. «Объединенная Ирландии» Вильям О’Брайеп (см.) выступил с «новым планом кампании».
Поскольку уплата ренты для многих арендаторов, как писал О’Брайен, была явно невозможной и борьба представлялась неизбежной, он предлагал арендаторам образовать местные комитеты борьбы с лендлордами. Местные комитеты должны были предлагать лендлорду справедливую ренту по собственной оценке; в случае отказа лендлорда от получения этих денег последние вносились в кассу комитета и использовались последним для помощи изгнанным арендаторам. «План кампании», против которого публично выступил Парнел, был применен во многих мостах с успехом, и движение стало распространяться по всей Ирландии, несмотря на преследования со стороны Парнела, а также со стороны правительства, закрывшего Национальную лигу и производившего аресты направо и налево. В 1887—88 «Тайме», орган лондонского Сити и близких к тогдашнему правительству консервативных кругов, выступил против Парнела с обвинением в сочувствии и соучастии в террористических актах. Это обвинение было основано на подложных документах, письмах за подписью Парнела, подделанной ренегатом ирландского нац. движения Пиготтом (см.).
Судебное разбирательство дела, возникшего в связи с подлогом Пиготта и. обвинениями «Таймса», продолжалось более года и подтвердило заявление Парнела о подложности писем, но Парнелу все же пришлось вскоре покинуть пост лидера партии—после бракоразводного процесса, к которому Парнел был привлечен в качество ответчика.Парламентская партия гомрулеров раскололась надвое: сторонников и противников Парнела, и далее смерть последнего не сразу примирила враждующие группы. Между тем консервативное правительство продолжало свою политику «кнута и пряника» (по-английски эта политика получила прозвище «Kicks and halfpenny—затрещин и полупенса). Правя с помощью чрезвычайных законов, правительство в то же время пыталось осуществить проект создания крепкого крестьянского землевладения, охранив одновременно интересы казны таким образом, чтобы воспрепятствовать всякой возможности неплатежа аннуитетов.
Возмещение убытков лендлордлв достигалось в законах 1887, 1891, 1896 и 1903 путем выпуска государственных земельных обязательств, а в последнем законе 1903 уплатой специального «бонуса» лендлордам в размере 12% сверх выкупной суммы. Автор работы по истории ирландского аграрного законодательства Помфрет приводит следующую таблицу, по которой можно судить о размерах выкупных операций в конце 19 века, Успех выкупной операции был несомненно выгоден лендлордам, т. к. земля начинала становиться для них обузой, по мере того как прогрессировал аграрный кризис и суживались их права распоряжения землей. Ирландии приняла на себя бремя гос. налога, заменившего собой бремя земельной ренты. Увенчанием всего дела было проведение в 1903 закона Виндгема, который еще более расширил выкупные операции. Второй Период в новейшей истории Ирландии — девяностые годы—характеризуется некоторым спадом аграрного движения, составляющего основное содержание исторического процесса 80-х гг. С другой стороны, в эти годы начинают складываться новые политические организмы, в частности возникает рабочее движение, которому суждено было полностью проявить себя в 20 в. Ирландское рабочее движение в связи с образованном конгресса ирландских тредюнионов в 1894 впервые приобретает самостоятельность от английского.
Задачей партии было образование Ирландской социалистической республики с немедленной национализацией всей земли, орудий производства, распределения и обмона. В программу партии входили, национализация железных дорог и водных путей, уничтожение частных банков и организация гос. банков с выборной администрацией, прогрессивный подоходный налог, 48-часовая рабочая неделя и установление минимальной зарплаты, бесплатное обучение, всеобщее избирательное право и т. д. Конноли первый выдвинул мысль о гегемонии пролетариата в ирландском национальном движении. В то же время буржуазное и мелкобуржуазное национальное движение выходит из рамок политической борьбы под влиянием общего разочарования в результатах деятельности парламентской фракции. 90-е гг. знаменует собой начало ирландского литературного ренессанса. В 1893 образовывается так наз. «Гельская лига», к-рая ставит своей задачей «охранение и развитие самостоятельной ирландской культуры путем поощрения национального языка, литературы, музыки, песен, танцев, обычаев, искусства и ремесл Ирландии».
Следующий, трети й период в истории Ирландии —от начала 20 века и вплоть до Дублинского восстания 1916—характеризуется интенсивным ростом рабочего движения в Ирландии и созданием того революционного движения мелкой буржуазии, интеллигенции и крестьянства , которое вместе с рабочим классом составило массовую базу для победы над английским владычеством. В Великобритании девятисотые годы и в особенности пятилетие, непосредственно предшествовавшее империалистической войне, были временем напряженной борьбы рабочего класса. В Ирландии основанная Конноли Ирландская социалистическая рабочая партия играла по преимуществу пропагандистскую роль. Когда Конноли уехал в Америку в 1903, партия фактически прекратила свое существование. Ее главное значение заключалось в том, что она первая начала распространять марксистские взгляды на ирландской почве. В США произошло сближение Конноли с Даниелем Де Леоном (см.), взгляды к-рого имели на Конноли известное влияние. Рост революционных настроений среди ирландских рабочих дал возможность Конноли вернуться в 1910 в Ирландию, где он вступил в тесное сотрудничество с другим вождем ирландского рабочего движения девятисотых годов Джимсом Ларкиным (см.). Ларкин, ирландец по происхождению, был направлен в Ирландию в 1907 английским тред-юнионом портовых рабочих в качестве организатора. Прибыв в Бельфаст, Ларкин организовал огромную стачку транспортников, сыгравшую в истории ирландского рабочего движения ту же революционную роль, что стачка докеров 1889 в Лондоне в истории английского рабочего движения (см. Великобритания, Исторический очерк).
Несмотря на локаут предпринимателей, на вызов войск для защиты интересов хозяев и на сопротивление со стороны буржуазных идеологов национального движения, транспортники выиграли сражение в силу солидарности, проявленной рабочими. В 1908 Ларкину удалось организовать Всеирландский союз транспортных рабочих; в том же году произошла стачка докеров в Дублине. В 1911 забастовочное движение приняло еще более широкие размеры: железнодорожная забастовка совпала с забастовкой рабочих деревообделочников. В этом случае Ларкин впервые применил лозунг о бойкоте транспортниками товаров тех фирм, которые вели борьбу с тред-юнионами, путем отказа перевозить эти товары (лозунг «tainted goods»—запятнанные товары).
После забастовки 1911 влияние Ларкина и основанного им союза стало расти еще быстрее. Новое профсоюзное движение, руководимое Ларкиным и Конноли, ставило своей задачей не только борьбу с предпринимателями за улучшение экономических условий труда, но и революционную борьбу за социализм и национальной освобождение под лозунгом «Рабочей республики». В 1913 стачечное движение достигло своего апогея, и в то же время до крайности усилилось сопротивление хозяев, решивших во что бы то ни стало покончить с «ларкинизмом», в к-ром они видели для себя величайшую Угрозу. Во главе хозяев стоял крупный предприниматель и член парламента Марфи. Федерация хозяев объявила локаут, требуя от рабочих письменного обязательства об отказе от участия в союзе транспортных рабочих. Несмотря на арест Ларкина и других руководителей движения, в борьбе против хозяев приняли участие 37 союзов; широко развернулись забастовки солидарности. Хотя хозяева мобилизовали полицию и войска для борьбы с рабочими, но победить они были все же не в состоянии и в январ е 1914 были вынуждены пойти па уступки.
Загрузка ...